Эта забавная история произошла с моей знакомой, и я пересказываю с ее слов. Аля — тридцатилетняя шатенка с типично славянской внешностью, ее муж – рослый, широкоплечий, рыжий скандинав, и их семилетняя дочь Эди возвращались с отдыха. Далее я поведу рассказ от ее имени:
«Мы возвращались домой после десятидневного отпуска, который провели на Лазурном берегу, на юге Франции. Дорога шла вдоль линии моря по склонам гор. Там-сям виднелись небольшие селения, домики на склонах, встречались группы неугомонных пенсионеров с рюкзачками, путешествующих по обочине, и поля с виноградной лозой…
И вот Франция осталась позади, мы в Италии, стране вкусной еды, виноградников, гор, вулканов и темпераментных смуглых южан. Поворот, еще поворот, и мы мчим на север. Муж сидит рядом, на его ногу наложен гипс (закрытый перелом). Он злится, что не может вести машину, и все время критикует меня, отдает команды: «Скорость прибавь! Обгоняй! Не обгоняй!..»
На реплики не реагирую, на провокационные вопросы не отвечаю, избегаю перепалки, так как в машине маленькая дочь, и ехать еще далеко. Да и зачем злиться или обижаться на раздраженного человека, у которого любимую игрушку (машину) отняли, женщина его везет, возможно, еще и нога болит.
Напитанные светом перламутровые облака, широколистные изумрудные виноградники, старинные замки на вершинах гор. Но, как бы ни радовала дорога ландшафтами, потихоньку подкрадывается усталость. Решили заночевать в отеле с названием «Маленький домашний отель». Уже смеркалось, когда мы завернули на его территорию.
Муж взял Эди за руку и поковылял на ресепшн, а я отправилась парковать автомобиль. И только оставив машину на стоянке, в полной мере почувствовала навалившуюся усталость. Говорят, что конь, почуяв дом, ускоряет шаг, однако я, предчувствуя близкий отдых, совсем размякла.
Отель действительно маленький – семь номеров, розы у входа. На втором этаже длинная терраса с пристроенной лестницей. Эди машет мне с террасы, значит, они уже сняли номер и ждут меня. Через пару минут приму душ и в кровать.
Поднимаюсь по лестнице на террасу и вижу, что та разделена на две части изящной решеткой, украшенной мастерски выкованными листочками виноградника. Половина, на которой я стою, принадлежит соседнему номеру, а на вторую можно попасть только из нашего номера.
Ясно — придется спуститься обратно, обойти здание и подняться в номер по внутренней лестнице. Жуть как не хочется проделывать этот путь. Пришла шальная, но как мне показалось, рациональная идея – перелезть через перила. Они не высокие, сантиметров шестьдесят, решетка не толще двух сантиметров…
Оглянувшись, не видит ли кто мой маневр, я перекинула ногу и оказалась уже на второй части террасы. Эди была в восторге от моей выходки, я была довольна, что сократила путь, но… Дверь соседнего номера резко распахнулась, и из нее выскочил мужчина с округлившимися от ужаса глазами и вздыбившимся волосами.
Он страстно негодовал — истинный итальянец. Он был весьма подвижен и эмоционален. Что-то громко кричал мне по-итальянски, подкрепляя слова активной мимикой и жестикуляцией.
Я поняла, что вторглась на чужую территорию и извинилась. Пояснила, что я не грабитель, просто не нашла вход в свой номер, а здесь моя семья. Пообещала, что больше его не побеспокою. Я говорила на английском языке, а он на итальянском — похоже, он меня не понял.
Я зашла в номер. Муж не слышал разразившегося скандала, так как принимал душ. Не успела я присесть, как в дверь постучали, и на пороге появилось трое мужчин. Наш сосед с круглыми глазами и два смуглых служащих отеля, в возрасте около сорока лет. Их лица были отнюдь не улыбчивы. Заговорили они одновременно, вернее, закричали одновременно, сопровождая свои слова резкими энергичными жестами. Вот он южный темперамент!
Они кричали, не слушая друг друга, не позволяя мне вставить хоть слово. Один даже помахал мне пальцем, как маленькому ребенку, мол, нельзя так делать. Муж вышел из душа и удивленно уставился на это зрелище. Узнав, что я перелезла через перила, спросил, не пострадал ли кто от этого? Чем несколько успокоил итальянцев, и те, еще немного пошумев, ушли.
На следующее утро я взяла бутылку вина и пошла извиняться перед соседом, но его уже не было в номере. Спустившись к завтраку, я увидела его в конце зала. Мужчина укоризненно покачал головой и с укором посмотрел на меня. В конце завтрака подошел и сказал, что вчера был очень расстроен. Он говорил, что так поступать нельзя, и еще что-то на итальянском, мы не все поняли. В конце он гордо поднял подбородок и пафосно заявил: «Здесь так нельзя! Это вам Италия, а не Япония!»
Все закончилось хорошо, полицию никто не вызвал, и мы уехали. Но причем здесь Япония, мы так и не поняли».
Валентина БЫСТРИМОВИЧ.