В прошлое воскресенье, исполнилось 75-летняя годовщина подвигу, совершенному на территории нашей Могилевской области в первый год Великой Отечественной войны. Подвигу практически беспримерному, равных которому мало во всей мировой истории. Между тем, он до сих пор недооценен и сравнительно малоизвестен. Теперь по сути.
…Жаркий июль 1941 года. Первый эшелон советских войск Западного фронта в Белоруссии практически перестал существовать. Под молниеносными разрезающими ударами танковых групп Гудериана и Готта погибли войска 3-й, 10-й, 4-й и частично 13-й советских армий, успешно продвигается наступление фашистов на Украине и в Прибалтике. Гитлер в это время полностью уверен в скором победном завершении войны. Осталось только разгромить на берегах Днепра спешно выдвигаемые войска второго эшелона (19, 20, 21, 13 армии), и путь на Москву через Смоленск открыт, можно заказывать билеты на праздничные банкеты. И действительно, танковые дивизии Гудериана 10-11 июля форсируют Днепр и, обтекая Могилев, устремляются совместно с дивизиями Готта на Смоленск. К 16 июля 29-я моторизованная дивизия вермахта уже начала бои за Смоленск.
Все? Нет. Неприступной крепостью стоит Могилев — «белорусский Мадрид», да и до Смоленска дотянулась только одна «клешня». Но если быстро подтянутся остальные? К 17 июля четко обозначилась вторая «клешня» Гудериана — 4-я танковая дивизия приближается к Сожу в районе Кричева, угрожая с юга подойти к Смоленску, окружить и, с большой долей вероятности, уничтожить там последние советские войска второго эшелона, и путь на Москву открыт.
Но… . Из официальной сводки потерь вермахта за 17 июля под Кричевом — потеряно 11 танков, 7 бронетранспортеров и 57 солдат 4 танковой дивизии Ланегермана и продвижение внезапно приостановлено. Ну что же, возможно, такие потери фашистам нанесли войска целой дивизии или, на крайний случай, полка. Нет, дорогой читатель, это практически, дело рук одного человека, и, возможно, поэтому он нигде не упоминается в послевоенных мемуарах советских маршалов и генералов.
Возможно, и мы ничего бы до сих пор об этом не знали, если бы не Его Величество — случай.
Летом 1942 года на полях сражений Тульской области был убит обер-лейтенант 4-й танковой дивизии вермахта Фридрих Хенфельд. У него был обнаружен личный дневник. За 17 июля 1941г. читаем: « Сокольничи, близ Кричева. Вечером хоронили неизвестного русского солдата. Он один стоял у пушки, долго расстреливал колонну танков и пехоту, так и погиб. Все удивлялись его храбрости. Непонятно, почему он так сопротивлялся, все равно был обречен. Полковник перед могилой говорил, что если бы все солдаты фюрера дрались, как этот русский, то завоевали бы весь мир. Три раза стреляли залпами из винтовок. Все-таки он русский, нужно ли такое преклонение.» На похоронах были и жители деревни Сокольничи, благодаря воспоминаниям которых впоследствии по крупицам были восстановлены подробности боя и точно установлен герой — боец 55 полка 6-й стрелковой дивизии старший сержант Сиротинин Николай Владимирович, старший наводчик орудия. Кто же он?
Из призывной карточки военкомата г. Орла 1940 г.: «Сиротинин Николай Владимирович, 1921 г. р., работник завода «Текмаш». Рост 164 см, вес 53 кг». Читатель, вдумайся! Вот кто практически в одиночку (командир-напарник, получив ранение, ушел с позиции) в течение более двух часов расстреливал из пушки (скорее всего, обычной сорокапятки) всю головную танковую колонну дивизии Лангермана, продвигавшуюся по мосту через речушку Добрысть к Кричеву и реке Сож, где в спешном порядке закреплялись бойцы нашей 6 дивизии. Я не буду останавливаться на подробностях боя, об этом можно посмотреть фильм «Один в поле воин. Подвиг 41-го». И «Вечерка» об этом писала не один раз. Не сдавшись, Николай отстреливается из карабина и погибает от автоматной очереди в упор. Но время выиграно благодаря его стойкости. Рубеж реки Сож у Кричева так и не пройден немецкими танкистами с ходу и удерживался нашими войсками еще в течение месяца. Благодаря этому, а также героической обороне Могилева, длительное время держался Смоленск, и тут дал первые трещины план молниеносной войны — т.н. блицкриг, и появились первые проблески нашей великой общей Победы. Во имя этой Победы отдал свою жизнь орловский паренек Николай Сиротинин, погибший на Могилевщине. для которого, земли за Сожем в тот день уже не было.
Кстати, в то же самое время героической обороной Смоленска руководил наш земляк, уроженец г. Могилева, командир 152 дивизии полковник (впоследствии — генерал) Чернышев Петр Николаевич, получивший тяжелое ранение в этих боях. Примечательно, что затем в ноябре 41-го Чернышев командует одной из самых стойких на московском направлении — 18-ой дивизией 16 армии. Вместе с соседней 316 панфиловской его дивизия окончательно остановила в декабре фашистов на подступах к Москве. Интересно, что самой стойкой 4-й ротой панфиловцев (той самой, в которой был политруком Василий Клочков) командовал также белорус, урожденный Минской губернии Гундилович Павел Михайлович (погиб в апреле 1942 в Подмосковье).
Солдат, офицер и генерал — русский на полях Могилевщины, белорусы На полях Смоленщины и Подмосковья — все трое они символизируют нашу общую боль и тяжесть боев 1941, а, главное, они приближали и обеспечивали нашу общую Победу. И еще. Есть несправедливости войны, о которых нам известно, но которые, тем не менее, так и не устранены до сих пор, и о чем, я глубоко уверен, нельзя молчать и с чем нельзя примиряться. За годы войны более одиннадцати тысяч бойцов удостоены званий Героев Советского Союза. Среди них нет ни Николая Сиротинина, ни Павла Гундиловича, xoтя оба были представлены к званию. По формальным бюрократическим поводам не получил Героя Николай Сиротинин. Только — орденом Ленина был посмертно награжден Гундилович.
Уже нет Советского Союза, да и не за награды стояли насмерть герои. Но есть Республика Беларусь, есть Российская Федерация, есть наша общая память, и ради нее, и для восстановления справедливости должны быть преодолены бюрократические препоны и Николай Сиротинин должен стать официально Героем России и Беларуси. Я думаю, он этого заслуживает. Он отдал свою жизнь на Могилевщине для того, чтобы жили все мы.
Георгий ОБЖИГАЛОВ.
Фото: памятник на южной стороне шоссе Кричев-Бобруйск.