Замуж за заключенного — для кого-то кошмарный сон, а для кого-то реальность. Конечно, лучше за принца. А если судьба? От тюрьмы и от сумы не зарекайся. Две мои знакомые вышли замуж за осужденных, и вот их истории.
История Татьяны
Мы получили квартиру в новом доме напротив тюрьмы. Этажом ниже заселилась семья: Петр, его жена Татьяна – голубоглазая красавица с тонкими чертами лица и кудрями по плечам. И детки — дочка Лиля 15 лет и 9-летний сын Леник. Пианино в их квартире было для нас символом интеллигентности. Татьяне его подарила бабушка. Мы заселились, а на следующий день познакомились. На лестничной площадке Татьяна поделилась со мной новостью: «Представляете, я утром на балконе подушки взбиваю, а на крыше тюрьмы мужчины свистят, руками машут, даже шапки вверх бросают. Муж вытащил меня с балкона и говорит: «Им там не на что в карты играть, так они тебя проиграют, а когда освободятся, убьют». На следующее утро увидели, что забор в тюрьме на 2 м вырос.
Мы стали по-соседски забегать на кофе. Меня удивляло, что Татьяна всегда была недовольна мужем: «жмот», «идиот» и прочие эпитеты. Чего ерепенится? Мужик не пьет, не скандалит и добытчик. Каждый выходной тащит то грибы, то яблоки. Правда, был у него недостаток – хронический насморк, отчего он гнусавил. Ну, так это дело поправимое.
Однажды она сообщила мне, что подала на развод:
— Не хочу жить с крохобором. Вообще, я выхожу замуж.
От неожиданности я опустилась на диван. Я знала, что Татьяна любит театр, романтику… А Петр работал сантехником и не признавал ни то ни другое. Но разве это причина для развода? Да, чужая душа потемки и семья тоже.
— У вас же дети, квартиру недавно получили… Кто он?
— Дмитрий, он в тюрьме, познакомилась по переписке. Он такие письма пишет! Просто душу переворачивает. И любит меня, — улыбнулась она. — Хочу жить в любви.
— Ты с ума сошла? А за что сидит?
— В состоянии эффекта убил жену, застал с любовником. Через полтора года освобождается.
Я попыталась разубедить Татьяну, но мои доводы, что в тюрьме есть люди всякие, и такие, которые пишут красивые письма, а потом рассылают их разным женщинам, т.е. готовят себе аэродром на воле. И то, что убив одну, может и другую. Не помогло.
– Он понимает меня, — говорила Татьяна. — Полгода переписываемся, и я съездила к нему на свидание.
— А на какой адрес он пишет? Муж читал?
— До востребования. Давай я и тебе адрес дам, там многие по ошибке сидят, — предложила она мне.
Через пару месяцев мы переехали, и я встретила Таню только через год.
— С Петром мы разошлись, и я жду Диму. Мы с ним расписались, и вот результат нашей любви, — она с любовью погладила круглый животик.
И снова пропала из виду, но через два года позвонила ее дочь Лиля:
— Ой, как далеко вы уехали. Я выхожу замуж и приглашаю вас на свадьбу, — сказала она с гордостью, и я услышала за ее спиной шиканье мужчины: — Не приглашай.
— Вот, хотела у вас денег одолжить.
Потом мне позвонила Марина, соседка со старой квартиры:
— Давай сходим к Татьяне, ее муж избивает.
— Ну вот, — только и сказала я.
Мы пошли навестить Татьяну с бутылкой шампанского, тортом и вкуснятиной для ребенка. Она встретила нас растерянно.
— Мы ремонт начинаем, — она как бы оправдалась за неприглядный вид квартиры.
Бледный двухлетний мальчик вцепился в протянутую ему коробку с соком. В комнате сидели мужчины в наколках: муж Татьяны и муж Лили. Бутылка шампанского и торт перекочевали на стол. Нам ничего не оставалось, как пригубить бокалы в новой компании. Лиля жарила блины, которые приставали к сковороде.
— Добавь муки, — посоветовала я, — тесто жидкое.
Но муки в доме не оказалось.
Марина стала кормить сына Татьяны печеньем с соком. Ребенок был голоден. Насколько я заметила, голодны были все.
Я с Таней вышла на балкон и спросила:
— Ты здорова? Муж скандалит?
— Дима скандалил, два ребра мне сломал, и я с ним развелась. А это Сергей,— сказала Татьяна, — он добрый.
— А Сергей откуда?
— Оттуда же…
— А где работает?
Оказалось, оба мужчины ищут работу. «Трудно устроиться после заключения», — пожаловалась Таня.
— Так на овощной базе подработали бы, — сказала я. — А как вы вшестером размещаетесь в полуторке?
— В передней спят Леник и малыш, а в спальне я и Лиля с мужьями.
— Как две пары в одной спальне?
— А что, выключаем свет, и делай что хочешь…
После этих слов я заторопилась. Было не по себе. На пороге Таня попросила денег в долг. Я прикинула, сколько могу подарить, чтобы потом не было жалко (долг никто не вернет), и дала ей денег.
— У них холодильник пустой, только в морозилке куриные лапки с когтями. Чем ребенка кормят? – возмущалась Марина.
Возобновленное знакомство повлекло звонки Тани, которые неизменно заканчивались просьбой одолжить денег.
Я позвонила Петру, спросила, знает ли он, в каких условиях живут его дети. Он ответил, что это его не касается, он с Таней развелся и денег им не даст: «Она их пропьет с хахалями, а Леник приезжает ко мне по воскресеньям на обед. Я купил ему шапку». Я почувствовала к нему отвращение, и вовсе не из-за насморка, а из-за того, что ему нет дела до своих детей.
История Ирины
Позвонила Лера:
— Ирка вторые сутки лежит, не ест и ни с кем не разговаривает. Приезжай.
— А что случилось?
— Олега забрали по обвинению в изготовлении оружия, светит до восьми лет.
— Как так?! Каким боком он к оружию?
— Так он же подрабатывает в музее, изготавливает старинные пистолеты. Чтобы оружие не было боевым, в стволе должно быть просверлено отверстие. Давний знакомый Ирины попросил его изготовить пистолет, чтобы повесить на стене в кабинете и не сверлить ничего, а потом пришел с милицией.
Бывает, знакомые раскрываются совсем с неожиданной стороны. С Ириной мы общаемся давно. Она художница и живет на одной площадке с Лерой. Правда, не совсем везучая. С первым мужем развелась, он ее избивал, но оставил ей и дочке квартиру, правда, до сих пор не выписался. От второго мужа у нее сын, и они тоже в разводе. Казалось, счастье отступило от женщины. Ира и ее дети были талантливы от природы. В ее картинах был свет, а он не у каждого художника. Раз в полгода к ней приезжал кто-то из Израиля и покупал 5-6 картин, это было подспорьем в ее бюджете. Ира работала реставратором в музее, там же с Олегом познакомилась.
Олег — Левша нашего времени. По описанию изготовит любое оружие. Они уже пять лет жили душа в душу. А ведь до этого у Ирины жизнь была не сладкой. Помню, спрашиваю у нее: «Что ты на обед будешь готовить?». А она говорит: «У меня зарплата через три дня. На сегодня еще есть картошка, а там на свекле проживем». Олег отнесся к детям как отец, помог решить домашние проблемы. Кроме того, он взял на себя обеспечение всей семьи. Ирина ушла с работы и все время отдала семье и картинам.
Для Ирины это был двойной удар: Олега сдал ее знакомый. Я приехала к Ирине, захватив пирожные и карты. Она только кивнула на приветствие. «Давай по кофейку», — предложила я. «Не хочу», — ее голос был бесцветным. «Слушай, я на карты бросила, все будет хорошо», — сказала я наобум, чтобы приободрить ее. «Ну что я без него?!», — заплакала она. «Давай погадаю», — я раскинула карты. Я не гадалка, но другого способа дать ей надежду не нашла. «Карты говорят, что ему дадут два года на вольном поселении, и вы будете вместе, — я говорила как экстрасенс. — Но тебе нужно взять адвоката». «За что я его возьму?», — Ирка еще больше расплакалась. «Будет покупатель на картины», — заверила я, совсем в этом не уверенная.
Мне удалось ее убедить. Мы позвонили адвокату, который картины взял в счет оплаты и начал работать. На судебные заседания ездили вместе с Ириной. Когда Олег рассказывал, как он изготавливает пистолеты, и называл европейские оружейные заводы всех времен, то его заслушались даже охранники. Он был начитан. И там же, на суде, мы узнали (Ирина об этом знала), что Олег отсидел восемь лет в тюрьме строгого режима за нечто, связанное с антиквариатом. Был женат, но жена не дождалась его из тюрьмы.
Это было неожиданно. Олега мы знали как порядочного, уравновешенного и рассудительного человека. Он не выпячивал себя и не прятался, в нем было нечто мужское, надежное. Ему дали четыре года «химии» (адвокат хорошо поработал), а через год сократили до двух. До сих пор Ира удивляется, как это я так точно угадала срок. А я просто пыталась вернуть ей надежду.
Вскоре Иринина дочка вышла замуж за студента и привела его домой, а затем и ребенка родила. Теперь у Олега на иждивении было шестеро. Он затянул пояс потуже и впрягся в работу. Ему выдавали талоны на обед. И он каждый раз нес булочку с повидлом для внука, который встречал деда у двери и с удовольствием съедал булочку, которую ему передает «зайчик». Меня это тронуло. Олег и Ира живут дружно и счастливо. Мы и сейчас общаемся и с уважением относимся к Олегу.
Вот такие две истории. Татьяна влилась в криминальную среду, а Ирина нашла свое счастье, хотя в обоих случаях мужчины судимые.
Валентина БЫСТРИМОВИЧ.