Говорят, история не терпит сослагательного наклонения. Это, мол, если бы да кабы и чтобы тогда получилось…Довольно подленькая сентенция и, в лучшем случае, попахивает историческим конформизмом! И вот почему: а как прикажете оценивать значение того или иного поворотного исторического события, если не знать, куда именно оно повернуло общественный процесс? И от чего оно «отвернуло» человечество – от плохого или от хорошего?
Представьте, что вы едете на исторический машине по социально-политическому автобану, а ваш водитель, то есть, правящий класс – «лох». И вот по его вине вы проскочили нужный поворот и теперь несетесь неведомо куда. Что делать? Назад сдать нельзя – автобан! Остается мчаться дальше в расчете найти более позднюю развязку, какой-нибудь «лепесток», «круг» или хотя бы так называемый «альтернативный маршрут» по историческим «полям» и «буеракам». А что если ничего этого нет в природе, а впереди только не достроенная, внезапно обрывающаяся эстакада…
В обычной жизни вы попутно выскажете все и сразу, что думаете о туповатом водителе, заставившем вас рисковать, трястись от страха и колдобин, да еще и глотать пыль на неведомых дорожках. А вот в «истории» ничего такого, откровенного и прямого, что могло бы вернуть вас на прямой путь, говорить нельзя. Табу – «история, видите ли, не терпит сослагательного наклонения»! А все потому, что правящему классу, вцепившемуся в руль, нельзя сказать в лицо, что он – обыкновенный «лох» с надутыми щеками, что он обладает историческим кретинизмом и что пора ему слезть с водительского кресла, пока не произошла глобальная катастрофа.
Такая катастрофа уже произошла в середине прошлого века – Вторая мировая война. После нее провели Нюрнбергский процесс и осудили нацистских преступников. Но осудили только тех (и то не всех!), кто вел агрессивную и человеконенавистническую бойню. А тех, кто подготовил войну, их даже не назвали!!! И получается, они ушли не только от ответственности, но и от…известности!
И это важнейший недостаток Нюрнбергского процесса.
Из-за которого сегодня возможна Третья мировая война…А почему бы и нет, если истинные преступники и зачинщики ушли от ответственности? И если их идейные наследники, по этой прискорбной причине, сегодня чувствуют себя безнаказанными. Мало того, они хотят взять спустя 75 лет реванш. И уже берут, — переписывая историю, сваливая с больной головы на здоровую и называя освободителей и победителей оккупантами!
Конечно, этому помогает глупость и исторический кретинизм освобожденных. Когда в Праге перекрасили в лесбийский розовый цвет советский танк «Иосиф Сталин», избавивший пражан от немецко-фашистских захватчиков и стоявший с тех пор на гордом постаменте, — это было не просто историческое извращение; это был сигнал все тем, кто 50 лет таился по всем углам Европе. Сигнал о том, что можно снова готовить войну.
«Клиенты созрели! Им пора платить новую дань Молоху войны».
А ведь для того, чтобы «клинеты» не «зрели», нужно было всего-то говорить правду. Но правду изгнали, вырвали ей язык и пустили в одеждах клоунессы побираться и смешить общество сытых потребителей. Ее не убили только по одной причине – потому что правду нельзя убить, ибо Бог ее бережет для будущих, опомнившихся поколений!
С тех пор она бродит по Европе незамеченной. А ложь, наоборот, разъезжает в ярком шарабане, ее встречают почетные караулы, ей стелют ковровые дорожки. И так продолжается много лет кряду. «Розовый танк» унесли с центральной площади куда-то на задворки – в нем уже нет нужды, ибо «порозовела» и вакхически кочевряжится вся политическая «культура» Европы, всё ее, с позволения сказать, общественное сознание.
Но давайте все же спросим, была бы Вторая мировая война, если бы не…
…Версальско-Вашингтонская система, якобы, завершившая Первую мировую войну, но так, чтобы обязательно исключить из себя Советскую Россию. Мир по этой системе, принятой всеми «демократическими» лидерами, должен был быть везде…кроме СССР!
Разве это не объявление войны, упакованное в мирные соглашения? Разве это не четкое указание всем, кто только пожелает, что можно безнаказанно и сколь угодно большими силами нападать на СССР, который объявлялся изгоем и самой желанной жертвой агрессии?!
И что было бы, если бы не случилось такого геополитически усеченного Версаля? Мог бы тогда родиться Адольф Гитлер как политическая фигура?
…Итак, этот первый исторический поворот, который проскочил «водила» еще в 20-х годах прошлого века.
А в 1924 году Адольф Гитлер пишет «Майн кампф», где объявляет свой «поход на Восток», т.е. на СССР. Пишет будущий фюрер в тюрьме, — бумагу, печатную машинку и Рудольфа Гесса, стучащего по клавиатуре, поставляют ему местные тюремщики. А теперь вопрос: что было бы, если бы те же самые тюремщики, прочитав «творение», не позволили вынести столь токсичные бумаги на свободу, а подшили их к «делу» о подготовке государственного переворота и массового террора? И тем самым задержали бы неудачливого «художника» в тюрьме еще хотя бы лет на десять?
Это второй поворот, который, якобы, прошляпил «водила»…
В том же 1924 году – не правда ли, забавное хронологическое совпадение! — на Лондонской конференции держав-победительниц под председательством американского банкира Чарльза Дауэса был принят новый план по выплате Германией репараций. Самое любопытное, что «репарационный» план начинался с получения Германией 200 млн. долл. (в тех ценах), а закончился… исчезновением из Германии специальной международной комиссии, которая должна была на местах следить, чтобы немцы больше не производили никаких вооружений, кроме стрелковых.
1932 год, Гитлер пришел к власти. Назначенный им новый глава Рейхсбанка Шахт (будущий сиделец на скамье Нюрнберга, правда, почему-то оправданный), едет в США и… получает новые займы. В том же году в Лондоне Шахт получает почти миллиард фунтов. Кроме того, он добивается сокращения, а потом и вообще прекращения платежей по старым германским займам.
1933 год, июнь. Гитлер направляет Международной экономической конференции в Лондоне меморандум, в котором требует возвращения Германии ее прежних колоний и предоставления новых – на территориях Советского Союза. Каков же был ответ «западных демократий» и «блюстителей мира»?
Меньше месяца им потребовалось, чтобы уже в июле 1933 года решительно… заключить «Пакт согласия и сотрудничества» с Гитлером. «Пакт четырех» обязывал новых союзников, – Великобританию, Францию, Германию и Италию, — тесно сотрудничать «во всех политических и неполитических, европейских и неевропейских вопросах, а также колониальных вопросах (имея в виду Лондонский меморандум Гитлера, а, значит, территории СССР — В.Е.)…в духе согласия и солидарности в отношении взаимных интересов». Помимо прочего этот Пакт признавал за фашистской Германией «право на равенство в вооружениях». Одним словом, вооружайтесь, герр Гитлер, и обрящете, а мы вам поможем…
Что лучше может раскрыть то дыхание душа в душу, что установилось между Гитлером и его западными единомышленниками, чем данный примечательный документ?!
В последний момент не парижское правительство, а тамошние парламентарии спохватились, вспомнив слова маршала Фоша о том, что лишь одной России Франция обязана своим спасением в Первую мировую, и не ратифицировали Пакт. Но что это меняет?
Ровным счетом ничего. И к середине 30-х годов общая финансовая помощь Германии, оказанная Западом, возросла до 27 млрд. марок – это в добавление к тем 21 млрд. марок, что были получены Берлином в рамках «плана Дауэса».
Деньги – вот то неизменное, что необходимо для подготовки войны. Кто их давал агрессору, тот и стоял за спиной Гитлера.
…Сколько «поворотов» от Второй мировой войны к возможному миру мы уже пропустили? Только почему же пропустили? – те, кто сидел тогда у руля западной политики, имели свою цель. И рулили к ней умело, методично и упрямо…
Как видим, Вторая мировая началась задолго до Мюнхенского сговора 1938-го, и ее настоящие истоки нужно искать в мизантропических комбинациях версальских «миротворцев» — на заре 1920-х годов.
Так что Владимир Путин, недавно отмотав ленту исторической правды лишь до 1938 года и рассказав о младших партнерах Гитлера по расчленению Чехословакии, только-только приоткрыл ужасную правду. На самом деле, ее негативы можно отматывать очень долго. И глубоко.
…Нет, история все же терпит сослагательное наклонение. Да и как ей не терпеть, если ее наклоняют все, кому не лень?
Однако ж, господа, помните – найдутся и те, кто поможет ей выпрямиться!
Вадим Елфимов
https://teleskop-by.org/