Дом пенсионерки ЮРЧЕНКО стоит на центральной улице деревни Малятичи. Вот проснется Вера Даниловна поутру, умоется, перекрестится на икону, постоит в раздумье перед портретами сыновей своих, сядет у окошка, увидит убегающую в Кричев дорогу, прикроет глаза и нахлынут воспоминания…
Мысли снова и снова перемещают в прошлое, и женщина явственно видит всех троих. Вот они показались из-за пелены утреннего тумана, и, обнявшись, шагают по росной траве мимо дома. Хочется крикнуть, позвать, но голос пропал. Открывает глаза, а вокруг никого, лишь с колхозного поля доносятся звуки работающего тракторного двигателя и мычание коров.
ДИТЯ ВОЙНЫ
Есть в нашей стране такая категория людей, детство которых пришлось на годы Великой Отечественной войны и гитлеровской оккупации. Зоя Даниловна Юрченко – одна из них. Родилась в 1937 году на Кричевщине, в небольшой деревушке Слабуты. У Данилы Ивановича Игнатенко и его жены Екатерины Дмитриевны к тому времени уже было четверо сыновей. Родители очень любили долгожданную девочку, просто души не чаяли. Братья тоже все вкусненькое ей отдавали и берегли как зеницу ока. Но тут пришла война.
– Отец ушел в партизаны, – тихо говорит Зоя Даниловна, – а мы остались дома. Через день мать выпекала шесть буханок хлеба, а на стол выставляла всего лишь одну. Я никак не могла понять, кто это ночью съедал целых пять буханок. Братья объяснили, что это добрый домовой, но о нем нельзя никому рассказывать, иначе быть беде. Я молчала. Потом на свет появился братишка Саша (после войны мы его выучили общими усилиями и он стал председателем колхоза, а затем возглавил сельсовет). И только в одну из темных ночей, внезапно проснувшись, вдруг увидела папу. Он обхватил меня, прижал к себе, осыпая поцелуями лоб и щеки. Я чувствовала колючую щетину его небритого лица. Это была наша последняя встреча – он погиб и покоится в братской могиле под Чаусами.
Отступая, немецкие солдаты поджигали крестьянские хаты. Я сидела с малышом на погребне, когда подошел один из них. Убедившись в том, что в погребе партизан нет, погладил меня по голове, сунул в ручонку конфету и легонько подтолкнул вперед, а сам поднес факел к стрехе нашей хаты. Мы остались без ничего, в чем стояли…
Дом жене погибшего партизана колхозные плотники срубили бесплатно, местная власть и соседи не могли допустить, чтобы малые дети жили в холодной землянке и голодали.
КОЛХОЗНИЦА
После войны Екатерина Дмитриевна, овдовевшая многодетная мать, работала дояркой в колхозе «Заветы Ленина». Ее дочь Зоя стала бегать на ферму еще младшей школьницей, старалась хоть как-то помочь матери, да так и осталась там, приняв от нее группу коров в 1956 году.
Пятнадцать давно привыкших к ней буренок. Не легко было – дойка-то ручная, ведра и фляги с молоком тяжеленные. Но деревенской девчонке трудности не страшны. Трудилась с энтузиазмом, а как же иначе, ведь засмеют. Лодыри на селе во все времена были не в чести, поэтому подвергались всеобщему осуждению. Нелестные прозвища и постоянные насмешки окружающих имели более сильное воздействие, чем требования Морального кодекса строителя коммунизма.
Колхозные уставы предусматривали минимум трудового участия человека в деятельности хозяйства. В «Заветах Ленина» он был установлен на уровне двухсот трудодней в год. Зоя вырабатывала от 340 до 475. Затем минимум подняли до 240 трудодней. Тогда она более критично оценила процесс дойки и кормления коров, нашла скрытые резервы и рационально их использовала. Результат был ошеломляющий, в табеле доярки насчитывалось 536 трудодней. Работоспособность несколько упала после замужества и рождения детей.
СЫНОВЬЯ
Их у Зои Даниловны трое: Анатолий, Михаил и Олег. Было…
Растила, берегла. Когда болели, места себе не находила, не спала ночь напролет, а ранним утром бежала на ферму. Там ее коровки ждали – доить, кормить, убирать время пришло. Вертелась, словно белка в колесе, но всюду успевала. И в передовиках ходила, и сыновей с дочерью на ноги поставила. Натерпелась вдоволь. Думала, что все преодолела и мучения закончились. Но нет, впереди поджидали беды настоящие. Не приведи Бог родителям хоронить своего ребенка! Зое Даниловне пришлось это делать трижды.
Сын Анатолий родился в 1958 году. Учился в сельской школе, затем в Климовичах на ветврача. Служил в армии. Работал в колхозе, потом сел за руль трактора. Тяжело заболел. Умер в 1983 году, в минской больнице. Отказали почки. Это был первый удар. Зоя Даниловна мужественно перенесла его.
Михаил был рожден в 1960 году. После 10-го класса учился в Могилеве на электрика, затем был призван на военно-морской флот. В послужном списке матроса Юрченко есть запись о том, что он проходил подготовку как легкий водолаз с 22 мая по 14 октября 1978 года. Имел оценки только «хорошо» и «отлично», отработал под водой в общей сложности 10 часов 31 минуту. После службы женился и жил в Орше. Родительский дом посещал часто. Во время такого приезда в 1987 году трагически погиб в результате несчастного случая на охоте. Мать выстояла и под вторым ударом, так как оставался еще младший сынок – надежда и опора.
Олег родился 6 января 1969 года. Окончил среднюю школу, учился в Могилеве металлообработке, стал фрезеровщиком. Но шестимесячная отсрочка от воинской службы закончилась, и парень был призван в воздушно-десантные войска. А тут, как назло, возник вооруженный конфликт между вчерашними добрыми соседями – азербайджанцами и армянами, пролилась кровь…
«Наш полк обратно выехал по тревоге в Нагорно-Карабахскую автономную область, в Степанакерт. Здесь все закрыто. Школы, заводы, почты. Обстановка напряженная. Отнимаем много оружия с зажигательной смесью. На посты нам выдали каски, бронежилеты и резиновые дубинки. Выезжаем каждую ночь на боевых машинах.
Вы, мама, за меня не беспокойтесь. Нашу роту командир полка отправил назад в Кировабад. Нужно здесь достроить хранилище для машин. Пишите, как у вас дома, как здоровье? Скопали ли картошку? Были ли яблоки в этом году? Дров хватит на зиму или нет? Хватит корове сена или нет?
Сейчас только и вспоминаешь гражданку. Свои ошибки молодости. Здесь в армии все понимаешь. Кажется, вернуть бы время, и все по-другому было бы. Высылаю вам, дорогие родители, свою фотку – в форме. К Новому году ждите в отпуск. Олег».
Не дождались. 6 ноября 1988 года Олег отправил домой эту весточку, а вслед за ней прилетела короткая телеграмма: «Извещаю Вас с прискорбием о том, что Ваш сын рядовой Юрченко Олег Анатольевич, старший механик-водитель, погиб при исполнении служебных обязанностей».
Чтобы предотвратить очередное кровопролитие, молодые десантники встали живым щитом между разгоряченными армянами и азербайджанцами. Вполне вероятно, что им бы удалось охладить накал страстей, как вдруг из-за угла выскочил «ЗИЛ» и врезался в солдат. Олег получил травмы, несовместимые с жизнью: закрытый перелом I-го шейного позвонка с повреждением спинного мозга, перелом основания черепа, кровоизлияние. Он погиб, не дожив до своего двадцатилетия. За проявленные стойкость и мужество рядовой Юрченко был посмертно награжден орденом Красной Звезды и нагрудным знаком «Воинская доблесть».
Хоронили земляка всем селом. У людей о парне остались хорошие воспоминания. Школьные учителя характеризовали Олега как доброго, отзывчивого парня, умевшего дружить, всегда готового прийти на помощь и не способного врать.
ПИСЬМА ЗАСТАВИЛИ ЖИТЬ
Третьего удара сердце матери не выдержало, случился инфаркт. Женщину госпитализировали. В больнице Зою Даниловну навещали подруги и соседи. Большую поддержку оказали многочисленные письма. Они приходили из разных уголков огромной страны от совсем незнакомых людей. Искренние соболезнования и сопереживания, а также самые добрые пожелания заставляли жить.
Вот теплые слова комсомольцев Пермского высшего военного командного училища МВД СССР: «Уважаемая Зоя Даниловна! Мы, курсанты, узнали о тяжелой беде, которая постигла Вашу семью, и были потрясены до глубины души. В этот трудный для Вас час выражаем самое глубокое сочувствие и соболезнование.
Ваш сын Олег показал высокие гражданские качества – верность народу и военной присяге. Он до конца выполнил свой долг, своей жизнью и смертью доказал, что является советским человеком с большой буквы. Во всех своих делах и помыслах мы будем равняться на таких людей, как Олег».
И мать, к счастью, все же выкарабкалась, хотя и получила вторую группу инвалидности. Зоя Даниловна осталась практически одна. Сыновья лежат рядком на гражданском кладбище хутора Сорочино, дочь Лариса давно в неспокойной Горловке, только внук Андрей живет в Кричеве, но постоянно мотается по командировкам.
Местная власть и «афганцы» не оставляют пенсионерку без внимания, оказывают существенную поддержку. Вот и недавно установили новый памятник на могиле Олега, взамен поврежденного упавшим деревом. Он был приобретен за средства районной организации воинов-интернационалистов и Малятицкого сельсовета. Часть денег внесла сама Зоя Даниловна.
– Спасибо огромное за помощь, – но я тоже хочу быть причастна к увековечению памяти о моем сыне, – твердо сказала Зоя Даниловна. Она находилась на кладбище во время выполнения работ. А недавно заместитель председателя Кричевского райисполкома Жанна Дмитриева, председатель Малятицкого сельисполкома Елена Иванова и руководитель общественного объединения «Ветеранов войны в Афгаенистане» Александр Прудников посетили могилы братьев Юрченко и возложили цветы.
Александр БОЛДОВСКИЙ,
писатель.