Много месяцев подряд всех могилевчан активно призывают через рекламу в троллейбусах и автобусах обследоваться на ВИЧ. По-видимому, мы все с вами заподозрены в аморальном поведении, наркомании, гомосексуализме и т.д. Всех призывают узнать свой статус («статус» по словарю Ожегова — это сложившееся положение). «Статус» может быть позитивный — положительный, хороший, или негативный — плохой, отрицательный. Как ловко заменены понятия и обманно перевернуты: становимся плохими, отрицательными.
За зарубежные деньги можно все, но только там, где их интересы: СПИД, секс-меньшинства. Или вот еще новая тема в разрушении семьи — «борьба с домашним насилием». А кто против — тот враг. А что такое насилие? В чем оно выражено? Не так уж много этих семей, где оно есть в грубой насильственной форме (из-за того, что нет уже мужиков в прямом смысле слова, а есть инфаньтильные мужчины, которые сами чаще страдают от насилия), и проявляется оно, как правило, только в семьях, где есть злоупотребление алкоголем. Вот с чем надо действительно бороться на всех уровнях!
А под этим «соусом» подсовывают сейчас все: это и «принуждение» вынести мусор, вымыть посуду. Для детей — сделать уроки, выполнить домашние поручения. И если повысить голос или, «о, ужас!», шлепнуть — преподносится как насилие.
Об этом выспрашивают соцработники и психологи, устраивают разборки и забирают детей из семей, ограждают друг от друга («спасают» от семьи), создают кризисные центры, а вскоре и ювенальная юстиция в чистом виде не за горами. Эта массированная подготовка необходима для разрушения моральных устоев в нашем обществе, нравственности и прежде всего семьи. Со всех сторон подбираются, вкладывая деньги в рекламу, дарение буклетов, календарей, листовок.
Насильственно вводят программы во все планы госучреждений и спрашивают за исполнение серьезно, можно даже сказать, с пристрастием.
Под навязчивой заботой о нашем здоровье нас кодируют на разрушение. А если вы такие заботливые господа, то обследуйте, к примеру, наших горожан, ведь болезни растут в геометрической прогрессии… Но это грантодателей совершенно не волнует…
Проведите реальную статистику по домашнему насилию в учреждении и выдавайте ее настоящее положение в обществе, а не берите выборку из приемника-распределителя.
Я, к примеру, имею огромное количество знакомых, соседей и никогда не слыхала ни о каком насилии, если, конечно, окрик, запреты на участие в чем-либо или поучение не считать насилием. Если же все это выдавать за насилие, то еще проще — мы все так живем, и не надо ничего исправлять.
А для тех несчастных мужчин, женщин, детей, действительно подвергшихся насилию (а их единицы, я просто уверена в этом), — есть государственные больницы, милиция, законы, церковь, соседи, друзья, где возможна масса вариантов изменения судьбы, стоит только захотеть.
Екатерина ЕМЕЛЬЯНОВА,
медсестра.