Дорогая редакция газеты «Вечерний Могилев», здравствуйте. Я, КРАСЬКО Светлана Гавриловна , пенсионерка, ветеран педагогического труда, являюсь постоянным читателем вашего издания очень-очень много лет, оно одно из моих самых любимых. И, конечно, я читала статьи «Посмертный скандал» в номере за 7 декабря 2016 года, «Бешеная гонка за извлечением прибыли» — за 11 января 2017 года, последнюю статью «Полежала я в гробу. Ничего так — удобненько», опубликованную 25 января 2017 года. Знакома я также с материалами-откликами на эти статьи в рубрике «Сейчас скажу!». Ситуация, в которой оказалась Марина Валерьевна и другие люди — герои этих статей — побудила меня написать вам, поделиться мыслями и рассказать свою историю.
10 августа 2016 года в нашей семье произошло большое несчастье: внезапно от сердечного приступа умер мой муж Красько Геннадий Александрович, ветеран Могилевского металлургического завода. Мы — дочь, сын и я, были в шоке. Впервые столкнулись с таким горем, не знали, что делать, куда звонить.
Знакомые посоветовали обратиться в частное предприятие, которое когда-то помогало им в организации похорон и оставило только приятное впечатление. Мы позвонили, парни-агенты приехали, все выполнили достойно, по-человечески. Теперь надо взять разрешение на захоронение. И вот моя дочь вместе с директором этой фирмы едет в специализированный комбинат обслуживания населения на ул. Челюскинцев в г. Могилеве. Естественно, про конфликты между комбинатом и частными фирмами мы, простые люди, не знали. Знакомые сказали, что разрешения на захоронения выдаются бесплатно, поэтому дочь много денег с собой не взяла. Каково же было ее удивление, когда работница комбината, оформлявшая ей это разрешение, потребовала заплатить 255 рублей 29 копеек (по-старому 2 миллиона 550 тыс. рублей). Деньги уже поменялись, но дочь в состоянии стресса и шока растерялась и протянула ей 25 рублей (250 тыс. по-старому). Работница буркнула и сказала: «Что вы мне суете, нужно два с половиной миллиона по-старому». Дочь заплакала, поняв, какие деньги ей нужно внести, сказала, что у нее таких денег нет, и спросила, за что берутся такие суммы? Ничего не объяснив, представитель комбината сказала: «Нет денег — значит, нет разрешения на захоронение» (дословно ее слова).
Тогда в диалог вступил индивидуальный предприниматель. Он сказал, что хоронить человека будет его фирма, а комбинат, не оказывая такие услуги, берет деньги за «воздух», тем более, как он сказал, в июле была совершенно другая сумма. Поспорив, предприниматель достал из своего кармана эти несчастные два с половиной миллиона, а точнее, 255 рублей, отдал их дочери. Моя дочь, не будучи такой смелой, как Марина Валерьевна, протянула их работнице комбината (не будет же отец лежать в гробу и ждать этого разрешения). После возвращения дочь отдала мне это злосчастное разрешение и чек на 255 рублей, сказав, что место для захоронения, наверное, все-таки платное, а мы просто «раскатали губу», благодаря государство за бесплатную услугу. Я вынуждена была вернуть долг предпринимателю, так как он эти деньги дочери одолжил.
Частная фирма похоронила мужа очень достойно, прилично, по-человечески, за что наша семья ей очень благодарна, никаких претензий к ней не имеем. Однако нам пришлось ей заплатить за организацию похорон, копку могилы, катафалк, погребение, то есть, как бы дважды, получается, мы оплатили погребение. Хотя мы не знали, за что с нас взяли деньги в государственной ритуальной конторе. Человек ушел из жизни, достойно похоронен, но вопросы-то остались.
Прошло некоторое время, я немного пришла в себя. Родные и близкие стали говорить, зачем мы такие огромные деньги заплатили специализированному комбинату обслуживания населения, если разрешение на захоронение выдается бесплатно, а хоронила мужа частная фирма, которой тоже уплачено. Я решила поехать на комбинат и разобраться во всем. Достаю бумаги, разрешение на захоронение само по себе, а в другой бумаге написано: «Погребение умершего в летний период» и сумма 255 р. 29 коп. Мне прямо плохо стало: я ведь, наивная, думала, что это за место заплачено. О каком погребении может идти речь, если специализированный комбинат к нему не имел никакого отношения? Когда я приехала на комбинат (ул. Челюскинцев, где разрешение и оформлялось), то со мной не захотели разговаривать, только работница, которая все это оформляет, сказала мне, что действительно, разрешение на захоронение бесплатное, никакое место не оплачивается, а деньги в размере 255 р. 29 коп. берутся за погребение. Я ей говорю: «Помилуйте, какие деньги за погребение, ведь хоронил мужа частник, и за похороны ему уплачено, а комбинат никакого отношения к похоронам не имел, кроме выдачи этих бумажек?». На что она мне с досадой и раздражением сказала, что я мешаю ей работать и вообще она ничего не знает и посоветовала съездить на улицу Габровскую, где у комбината головное предприятие. Я, правда, не поехала, но, придя домой, позвонила туда. Мне сказали, что деньги взяты по закону, иначе не было бы никакого разрешения на захоронение, и посоветовали обращаться в суд, если меня что-то не устраивает, и повесили трубку.
У меня, конечно, нет таких сил с ними бороться: я больной и пожилой человек, тем более тягаться в суд (комбинат, очевидно, на это и рассчитывает, что больные и удрученные горем люди не станут добиваться правды). И хотя я еще не отошла от потери близкого человека (мы прожили с мужем 49 лет), но для меня эти 255 рублей не лишние, тем более, что пенсия учителя не так велика, чтобы выбрасывать деньги на ветер. Впереди еще предстоит установка памятника, на что нужны немалые деньги.
Сейчас в Интернете развернулась целая дискуссия по поводу «посмертного скандала». Моя дочь также приняла в ней участие, сказав, что она пришла в государственное учреждение получать бесплатное разрешение на захоронение своего отца, а право семьи доверить организацию похорон тому, кому она хочет, в данном случае она выбрала частную фирму, а ей навязывают оплату услуг, которые нам не нужны и не оказывали. Дайте просто бесплатное разрешение на захоронение (что положено по закону), а семья сама решит, куда ей обратиться: в частную фирму, в городскую ритуальную контору или просто друзья выкопают могилу и дадут транспорт. Это право семьи.
Хотя я не против того, что нужно внести какую-то посильную плату за поддержку порядка на кладбище (сделайте это законно и именно посильно).
Я полностью согласна с автором статьи «Полежала я в гробу. Ничего так — удобненько» Сергеем Миренковым: а не заказать ли себе похороны при жизни, когда еще работаешь, имеешь средства? Неужели мой муж, отдавший металлургическому заводу более 40 лет, не заработал на нормальное погребение? Заработал, и мы его похоронили достойно, по-человечески, но осадок в душе остался: в бешеной гонке за извлечением прибыли с убитых горем родных пытаются содрать как можно больше денег (все равно заплатят, никуда не денутся, не будет покойный лежать на покути, все равно хоронить придется).
И все-таки: почему берут деньги? Потому что могилу выкопали и проводили в последний путь не работники спецкомбината (а они это действительно не делали), а похоронила частная фирма (она за это и получила деньги)? За что? Почему? Бред какой-то! Дикость! Ужас! — скажу словами автора статьи «Предсмертный скандал» Виктории Карповой.
История наша не выдумана, а основана на реальных событиях этого страшного дня, 10 августа 2016 года, когда не стало мужа, отца, дедушки Краськова Геннадия Александровича.
Уважаемое руководство и работники МГКУП «Специализированный комбинат обслуживания населения»! Родственники покойного должны знать, за что они обязаны заплатить, а от чего действительно могут отказаться и не платить деньги за те услуги, которые ваше предприятие не оказывало. Ведь все рано или поздно покинем этот мир и с этой проблемой столкнутся близкие и родные нам люди. Да и вы не вечны, и ваши родные, друзья.
… Невостребованная милость по-могилевски…
Светлана КРАСЬКО.